Корвалоловый дневник

Вот и сорок.

Тридцать меня совершенно не беспокоили, а тут - ОМГ, не может быть. Я не плачу, просто цифры на календаре в глаз попали.

Все спрашивают, мол, когда будем отмечать?
А мне не то что отмечать, мне бы взять неделю отпуска (или больничного) и уехать в санаторий - дышать сосновым бором, обниматься с берёзками и переживать своё горе. Пока я где-то между отрицанием и гневом.
"Why God, why?!"

Книги, которые я читала ещё прошлым летом, и недавние. Поняла, что, если я не напишу о них сейчас, не напишу уже никогда.

( Read more... )

Начался новый сезон Ф1. Попробую смотреть, вдруг пойдёт.
В этом году болею за Рено, потому что они милахи))



( Read more... )

Приснилось, что я печатаю себе постеры с картинами акварелью. Цветы, космос, пейзажи - очень красиво, в общем.
Во сне автором картин был Кензо Такада.
Проснулась - думаю, а он вообще рисует? Оказалось, рисует, но не то.
Но как теперь жить без тех картин, самой нарисовать, что ли (

Собиралась написать про книжный моб, но не написала.
Даже не знаю, стоит ли позориться. В этом году у меня прочитанных книг едва ли больше сорока. Ощущаю за спиной септу с колоколом. Shame! Shame!

Ещё собиралась сделать календарь с красивыми мужиками, но тоже не сделала.
Shame! Shame!

А вообще я поехала в деревню, отпустили до 5 января. Ну не красота ли? :)

Наконец посмотрела нового Хищника.
"Этого я и боялся!" - в смысле, херня вышла. Полный набор примитивных штампов: от аутичного вундеркинда и подозрительно молодой профессорши до отряда самоубийц, которые с прибаутками самоубиваются ради великой цели. Единственный положительный момент - подтвердилась закономерность о чередовании удачных и откровенно провальных Хищников. Значит, следующий будет хорошим - лучшее, конечно, впереди.
Когда в финале открывали "посылку для самого слабого", я надеялась, что там Чужой, но и тут наебали))



( И про Чужих )

В воскресенье смотрела Ф1, последняя гонка сезона.
Алонсо уходит, вместо него Карлос Сайнс, который мечтал об этом с детства. Карлос красавчик, но всё равно печаль.

Карлос Сайнс.

Ну и, глядя на чемпиона... Раньше гонщики были старше нас, потом примерно наши ровесники, а теперь набрали какой-то школоты, которая ноет и меряется письками - простите, не могу назвать это хуями.
Один Райкконен, который тоже 1979 года выпуска, всё ещё остаётся и поддерживает во мне ощущение молодости. Smells like teen spirit.

Кимка

И я думаю: когда успело так случиться, что гоняются уже дети тех гонщиков, за которых мы болели?
И кого я хочу здесь увидеть - Мик Шумахер - ещё только по дороге сюда. В Ф1 должен быть хотя бы один Шумахер.


Мик, здесь так похож на Михаэля ♥

На работе.
Недавно приходит мама с мальчиком лет 4. Мальчик смотрит на меня, ухмыляется и говорит с явным одобрением:
-Ух, какая толстенькая! - типа, молодец, мне такие нравятся.
Мама в обмороке, я ржу))

Сегодня пришли опять, он меня увидел и говорит:
-Привет, тётка!
Я говорю:
-Привет, мальчишка!
Он убегает, довольный.

"Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся".

На работе.

Дверь открывается почти пинком, вваливается здоровенный мужик в форме типа омона и бежит к моему столу.
Я такая: ээ?

А он мне кричит: вы ещё не закрылись? Ребёнок просил книжку сдать!

В деревне сегодня были мамины двоюродные сёстры из Касимова. Съездили на кладбище, то-сё. Они намного старше мамы, родились ещё до войны, помнят много про нашу семью.

Когда наших раскулачили, прадед Иван Яковлевич действительно уехал в Москву. Но это не было предательство, он уехал, чтобы его не арестовали. Он почти сразу же позвал к себе детей, и почти все они уехали к нему, постепенно в деревне осталась только самая младшая дочь, которую не отпустила мать (и старший сын, который уже успел осесть в Касимове). Поэтому, когда начнётся война, почти всех будут призывать из Москвы.
Прабабку Анну Алексеевну он тоже звал к себе, но она упёрлась, поэтому они в итоге и развелись. Он в Москве женился на молодой, а бывшая жена потом рассказывала, что он, мол, подлец такой, бросил семью, дети с ним не разговаривали и тд.
Умер он в деревне, в конце 50х, когда приехал в гости к моему деду Дмитрию. Дед его и хоронил.

И ещё про дедову младшую сестру Машу. Она к началу войны тоже жила в Москве, работала на заводе, оттуда её и призвали на фронт. Она пропала без вести.
В 60е одна из маминых двоюродных сестёр жила с семьёй на Урале. И вдруг в газете увидела заметку о польских студентах, которые приехали в Москву учиться. Одна девочка была просто копия Маши. Мамина сестра пыталась связаться с родственниками в Москве, чтобы они узнали - вдруг и правда Маша не погибла, вдруг осталась где-то в Польше, кто знает, какие у неё могли быть причины, чтобы не сообщить о себе - но так и не получилось ничего узнать. Можно только надеяться, что у неё и правда была жизнь после войны, а не смерть в 20 лет.

Кино можно снимать.